Флот сша под колпаком ссср: невероятная история американца, ставшего агентом кгб. Роналд Пелтон и другие самые известные шпионы США, завербованные КГБ Джонни уокер и его семейный подряд

Флот сша под колпаком ссср: невероятная история американца, ставшего агентом кгб. Роналд Пелтон и другие самые известные шпионы США, завербованные КГБ Джонни уокер и его семейный подряд

Среди агентов, завербованных КГБ СССР, были разные люди. Большинство из них шли на сотрудничество ради денежных вознаграждений, а мотивы некоторых и сейчас, спустя многие годы, непонятны.

Глава контрразведки ЦРУ и любитель красивой жизни Эймс Олдрич

Одной из главных побед советской разведки стала вербовка Олдрича Эймса, который занимал пост начальника контрразведки ЦРУ. Задачей подчиненного Эймсу подразделения была вербовка и перевербовка агентов иностранных служб. При этом, сотрудничая с советскими шпионами, Олдрич не боялся наружного наблюдения, так как в его служебные обязанности входили плановые контакты с разведчиками в посольстве СССР.

Пойти на сговор с потенциальным врагом такого видного функционера американских спецслужб заставили деньги, точнее их отсутствие. За первые документы он запросил 50 тысяч долларов, потом такса только повышалась. За период 1985-1989 годов усилиями Эймса было сорвано огромное количество операций, в результате чего ЦРУ понесло многомиллиардные убытки.

Олдрич выдал КГБ личности таких агентов США, как Борис Южин, Валерий Мартынов, Сергей Моторин, Дмитрий Поляков. Перед арестом в 1994 году агент приобрел в предместье Вашингтона особняк за полмиллиона долларов, обзавелся дорогим «Ягуаром», предметами роскоши на 450 тысяч долларов и акциями биржи. Жена Эймса купила две квартиры и обширную ферму.

Благосостояние четы Олдричей росло, на счету семьи было уже 5 миллионов долларов. В 1993 году их взяли в разработку агенты ФБР. Эймс получил пожизненный приговор. Исследователи выяснили, что он выдал КГБ 25 агентов США, 10 из которых были казнены.

Роберт Ханссен: 20 лет верной службы СССР и РФ

Роберт Ханссен стал агентом в контрразведке СССР, передав КГБ секретные документы и запросив за них 20 тысяч долларов. Однако об этом узнала его жена и устроила скандал. Роберт пообещал супруге прекратить связь с «коммунистами». Будучи верующим католиком, он даже исповедался в грехах своему духовнику. Однако через некоторое время он все же возобновил свою шпионскую деятельность.

С 1983 года Ханссен возглавил аналитический центр по деятельности советской разведки. Новая должность открыла шпиону доступ к огромному массиву засекреченной информации. Через детально разработанную самим Хансенном систему тайников и закладок он передал агентам СССР более 6000 тысяч страниц секретных материалов, а также сведения о программе космической разведки и строительстве под посольством СССР туннеля для осуществления прослушки.

Роберт Ханссен занимался шпионажем 20 лет и продолжал это делать даже после развала СССР. Исследователи до сих пор не могут понять, что подоткнуло отца шестерых детей и верующего католика стать двойным агентом. За все годы сотрудничества с советской, а потом российской разведкой он получил 1,5 миллионов долларов, что не так уж и много. Ханссена сдал один из советских перебежчиков. Суд приговорил его к пожизненному сроку заключения.

Роналд Пелтон – жертва блефа

Когда Роналд Пелтон служил в ВВС США, его как обладателя феноменальной памяти направили в разведывательный центр в Пакистане, где он изучал основы радиоперехвата и русский язык. После демобилизации Пелтон работал аналитиком в Агентстве национальной безопасности США. В 1979 году он увольняется из-за низкой зарплаты (в пересчете на сегодняшний день в год он получал 85 тысяч долларов).

В 1980 году бывший аналитик объявляет себя банкротом и предлагает свои услуги советскому посольству. Роналд Пелтон передавал СССР важную информацию, в том числе секретную.

На Пелтона агенты ФБР вышли благодаря перебежчику из СССР, который описал его внешность. Поймать «предателя» помог блеф. Пелтону прокрутили запись его телефонного разговора с сотрудником посольства СССР и он признался, что на пленке его голос. После следствия судьи дали ему пожизненный срок.

Джон Уокер – шпионский семейный подряд

Джон Уокер не имел отношения к спецслужбам, а был дежурным офицером-шифровальщиком при штабе командующего подводным флотом США. Однако его вербовка считается одной из самых больших побед советской разведки над своим потенциальным противником. Через Уокера СССР получал бесценную информацию о перемещении военных судов в Мировом океана, об их технических характеристиках и видах боеприпасов и топлива.

Уокер передал алгоритмы шифровки и схемы шифровальных устройств, которые использовались для передачи особо секретных документов. В разведывательную сеть, организованную Уокером, помимо него самого входили его родственники и друзья. Благодаря им с 1967 года по 1984 год советская разведка знала обо всех планах американского командования и была в курсе, где в определенный момент времени находится то или иное американское военное судно.

Информация о маршрутах подлодок с ядерным вооружением, составе боевых групп и даже личные данные командиров, вплоть до их медицинских анализов, передавалась зашифрованным кодом в «центр». Уокер помог вычислить двойного агента Виталия Юрченко.

Вскрыла сеть Уокера его жена, которая все знала и после развода пошла в ФБР. Уокер получил пожизненный срок, его другу Уитуорту, который служил радистом, присудили 365 лет тюрьмы. Сыновей Уокера тоже посадили: матросу Майклу дали 25 лет тюрьмы, Артуру - пожизненное заключение.

Самый известный шпион времен холодной войны не дожил до 2015 года несколько месяцев. Джон Энтони Уокер умер в американской федеральной тюрьме.

Эта громкая история началась ранним осенним вечером 1967 года, когда в калитку советского посольства в Вашингтоне как-то боком, неуверенно, проскользнул человек. Отворив массивную дверь диппредставительства, он на английском обратился к дежурному:

Хочу встретиться с дипломатом, который у вас отвечает за безопасность.

За спиной посетителя тут же вырос посольский охранник и выжидательно посмотрел на дежурного. Затем гостя проводили в маленькую комнату рядом с входом и велели ждать.

Какова цель вашего визита к нам? - улыбаясь, спросил его вошедший сотрудник посольства.

Если вы из службы безопасности, тогда я отвечу на этот вопрос, - явно нервничая, сказал гость.

И все же? - Хотел бы предложить вам сделку. Деньги взамен на материалы, которые могут заинтересовать ваше правительство.

Дипломат оставался невозмутим.

Это очень ценная информация военного характера, - с нажимом продолжал нежданный посетитель. - Я принес с собой коды от шифровальной машины.

Он быстро вынул из своего кармана и протянул русскому небольшой листок бумаги с какими-то цифрами.

Посидите здесь, скоро вернусь, - ответил дипломат, забрав с собой листок.

Минут через пятнадцать он действительно пришел обратно в сопровождении хмурого человека, который явно был здесь большой шишкой. Этот начальник сразу спросил торговца секретами, как его зовут.

Джеймс, - ответил тот. - Джеймс Харпер.

Допустим, - ответил русский. - А у вас есть с собой какой-то документ, удостоверяющий личность? После некоторой заминки американец достал бумажник и вынул оттуда свое военное удостоверение.

Джон Энтони Уокер младший, - прочел вслух русский. И добавил с издевкой: - Благодарю вас, мистер Харпер.

Так началась шпионская история, которая нанесла самый крупный ущерб военному потенциалу США в годы холодной войны. Она продолжалась почти восемнадцать лет, и в нее прямо или косвенно оказались втянуты самые разные люди по обе стороны океана.

Жена Джона Уокера Барбара, судя по всему, сдала его американцам

БЕСЦЕННЫЙ ТОВАР

Дежурный офицер штаба Атлантического флота Джон Уокер очень хотел стать богатым. Таким, чтобы иметь виллу, яхту, личный самолет, чтобы красивые девочки сами вешались ему на шею, а уик-энды можно было проводить на Багамах. Поразмыслив, он понял, что нет, увы, другого способа осуществить свою мечту, кроме одного - продавать военные секреты русским.

На счастье, этим товаром Джон обладал в избытке. По службе он имел доступ к множеству самых секретных документов. Устройство шифровальных машин и ключи к ним. Стратегические планы флота на случай начала третьей мировой войны. Расположение подводных микрофонов, которыми Штаты нашпиговали все подходы к своему побережью, опасаясь вражеских подлодок. Коды для запуска ракет с ядерными боеголовками. Слабые места спутников-шпионов. И еще много всякого другого, что, как он полагал, может заинтересовать советскую разведку.

И Джон не ошибся. С самого начала он сказал себе: «Раз ты встал на эту тропу, то должен идти по ней до конца. Ты обязан стать самым лучшим шпионом в истории ».

И ведь стал! С помощью этого парня в Москве получили и расшифровали более миллиона (!) самых сокровенных документов, касающихся военной мощи США.

Благодаря ему наши подлодки могли скрытно заходить чуть ли не в нью-йоркскую гавань. Наши адмиралы читали приказы американского командования едва ли не раньше командиров их авианосцев. И продолжались все эти чудеса, как я уже сказал, без малого восемнадцать лет.

Моряк Джон Уокер в 1955 году

ЖИТЬ КРАСИВО

После того первого визита в совпосольство Уокер еще только раз встречался с сотрудниками КГБ на территории США. В Москве сразу осознали, какой ценный источник они приобрели, а потому было сделано все, чтобы максимально обезопасить его. Лично Юрий Андропов распорядился жестко ограничить круг лиц, знавших о существовании агента. Решено, что все встречи с ним будут проходить на территории третьих стран, а передача материалов (от Уокера) и денег ему (от КГБ) осуществляться исключительно через тайники.

Быстро войдя во вкус, Уокер, как истинный бизнесмен, решил, что дело необходимо расширять, для чего вскоре привлек к краже секретов своего друга Джерри Уитуорта, служившего на западном побережье в СанДиего. При этом он, правда, прибег к уловке, пояснив приятелю, что документы будут передаваться союзникам американцев - израильтянам.

Цинизм агента не знал преград. Когда однажды ему потребовалось перевезти из Европы в Штаты крупную партию долларов, врученных связником КГБ, Джон использовал родную мать.

«Кому бы пришло в голову обыскивать в аэропорту милую пожилую леди », - так объяснял он это позже. Когда его сильно пьющая жена Барбара, узнав о том, чем занимается супруг, пригрозила донести на него в ФБР, Джон в ходе встречи со связником в Вене сказал ему:

Может вам убить ее? Однако офицер КГБ никак не прореагировал на это предложение, и Уокер заключил, что ему самому придется решать проблему Барбары.

Все его мечты исполнились: самолет, яхта, девочки, отдых на Багамах… Почему-то хваленой американской контрразведке все эти годы не казалось странным, что младший офицер флота ведет себя так, словно он нефтяной шейх или банкир с Уолл-стрит.

Самозарядный пистолет М1911 стоял на вооружении ФБР вплоть до 1985 года

МНОГОХОДОВКИ ПРОФЕССИОНАЛОВ

Благодаря Уокеру и его материалам, несколько командиров советских подводных лодок стали Героями Советского Союза, хотя они и не догадывались о существовании шпиона, повлиявшего на их судьбы. «Золотую Звезду » секретным указом также получил сотрудник внешней разведки Г., который на протяжении многих лет тайно встречался с агентом в разных городах мира. Высокой награды и генеральского звания был удостоен и тот самый хмурый чекист, что возглавлял вашингтонскую резидентуру осенью 1967 года. Более того, шеф КГБ Юрий Андропов был настолько восхищен этой операцией, что сделал резидента после его возвращения в Москву заместителем начальника внешней разведки (тогда - Первого Главного управления КГБ). Имя этого человека - Борис Соломатин, и мне неоднократно доводилось беседовать с ним.

Как-то я спросил Бориса Александровича, а не рисковал ли он тогда, при первой встрече с Уокером, ведь американец вполне мог оказаться вражеской «подставой», то есть специально «засланным казачком», чтобы водить за нос советскую разведку.

В истории холодной войны таких случаев было хоть отбавляй, причем игры с липовыми агентами активно использовали как американцы, так и наши.

Да, - согласился генерал, - риск был большой. Случалось, и мы попадали на такие разводки и годами тянули пустышки. Сам я, когда был в первой командировке рядовым оперативным сотрудником в Индии, имел на связи одного англичанина, который, как потом выяснилось, являлся классической «подставой». Или другой пример: американцы больше двадцати лет дурили ГРУ, подарив военным разведчикам своего агента.

С ним работал Лихачев, сын генерала Черняховского. Он женился на дочери директора знаменитого автозавода, взял ее фамилию. Получал за связь с «ценным источником» награды, звания.

Дело было так. Помощник нашего военно-морского атташе поигрывал в волейбол с американцами. Как-то раз выходит он после игры в парк и видит на скамеечке военного в форме. Подсел к нему, заговорил. Парень оказался сержантом, служил в какой-то оборонной организации. Между ними установился контакт. Но наш человек не знал, что сержант едва ли не с первых дней доложил о своем новом русском друге в контрразведку.

Там оценили информацию профессионально и решили затеять комбинацию.

Сержант имел какое-то отдаленное отношение к разработке химического оружия, эту карту американцы и разыграли. У нас тогда тоже работали по этой проблеме и имели страстное желание знать, как далеко и в какую сторону продвинулся противник. Поэтому наши военные купились сразу. Фэбээровцы сделали так, чтобы сержант получил доступ к секретным разработкам, стали давать ему для передачи реальную информацию по нервно-паралитическому газу.

То есть, что же, выдавали свои собственные секреты? Играли против себя? - Э, нет. Как раз наоборот. К этой комбинации были подключены Пентагон, Объединенный комитет начальников штабов, другие ведомства.

И вот что они придумали. Штаты долгое время вели исследования по этому нервно-паралитическому газу, стараясь увеличить его боевую эффективность. Однако в какой-то момент поняли, что путь, которым они шли, тупиковый.

И тут появляется покупатель от ГРУ. И американцы решают втюхать свой гнилой товар нам. То есть и нас затащить в этот тупик. В ходе этой операции американцы решили две задачи: нейтрализации целого ряда опер-работников вашингтонской резидентуры ГРУ и ослабления оборонной мощи Советского Союза.

Сейчас, как я понимаю, тот сержант безбедно живет на деньги, которые ему щедро отваливали наши военные разведчики за «секретную информацию».

Таких вариантов все очень боялись. Многие резиденты как рассуждали? Ну, буду я сидеть тихо, без особых подвигов, ну, пожурят за это и все. А если проколюсь на «подставе», то и карьере конец. Поэтому и не рисковали, не брали на себя ответственность.

А вам не кажется странным, что когда над этим самым ценным агентом КГБ в Штатах нависла прямая угроза разоблачения - я имею в виду историю с Барбарой, - то предупреждение Уокера было по существу проигнорировано? Почему? Неужели интересы национальной безопасности не стоят выше жизни одного человека? По-моему, американцы в подобных случаях не церемонятся? - Убить человека - это слишком серьезная вещь и с точки зрения морали, и с учетом возможных последствий. А если бы Уокер все равно впоследствии погорел и вся эта история всплыла наружу? В каком свете тогда бы выглядела наша разведка, все наше государство? Такого рода акции плохо воспринимаются общественным мнением.

Передовица The Virginian Pilot от 21 мая 1985 года. Газета сообщает, что Джон Уокер признал себя виновным в шпионаже в пользу Советского Союза

СЛАБОЕ ЗВЕНО ПО ИМЕНИ БАРБАРА

Как «прокололся» Джон Уокер? По официальной версии, его-таки сдала Барбара, сильно обозленная на Джона, к тому времени расставшегося с ней и целиком погрязшего в пучине разврата.

Борис Соломатин считал, что провал стал следствием неумеренных трат Уокера, что рано или поздно должно было вызвать подозрение у ФБР. Частный самолет, яхта, роскошные пирушки… Как бы там ни было, а в мае 1985 года контрразведка после нескольких месяцев тайной разработки агента приступила к заключительной фазе операции «Летучая мышь ». Было решено взять Джона во время тайниковой операции, а заодно арестовать и его связника из КГБ. Однако наш офицер сумел ускользнуть из ловушки. На Уокера же была организована самая масштабная облава в истории Федерального бюро расследований. В ней участвовала почти сотня оперативников, несколько десятков машин, включая двадцать грузовиков (для маскировки) и даже специальный самолет. В итоге сначала арестовали Джона, а затем и всех других участников его агентурной сети.

Запираться никто из них не стал. Джона и Артура приговорили: первого к двум пожизненным срокам плюс сто лет впридачу, второго - к трем пожизненным и штрафу в четверть миллиона долларов. Джерри получил 365 лет тюрьмы.

Майкл - 80 лет с возможностью просить помилования через 16 лет.

Я спросил генерала Соломатина, есть ли у них хоть какие-то шансы выбраться на свободу? - Боюсь, что нет, - ответил Борис Александрович. - Я не знаю ни одного случая, чтобы президент США - а это только он может помиловать осужденного за такие преступления - скостил срок человеку, приговоренному за шпионаж, или помиловал его. Ни одного случая! Даже когда включается еврейское лобби, а оно в Штатах может многое. У них там попался один гражданин США за шпионаж в пользу Израиля. Получил пожизненный срок. Чтобы его освободить, напряглись все - и высшие должностные лица в Тель-Авиве, и силы за океаном. Бесполезно.

Лет пять назад (а наш разговор происходил в 2003 году - «ВМ » ) я получил письмо от адвоката Уокера, который просил меня принять меры для облегчения участи «этого несчастного человека». Увы, я его разочаровал.

И приписал, что у нас в России в 1990-е годы многие лица, шпионившие в пользу США, были не только амнистированы, но и получили возможность выехать в Америку, где и живут себе спокойно на деньги ЦРУ. Почему бы вашему президенту не сделать ответный шаг? А что я мог ему еще ответить?

Данный материал опубликован на сайте BezFormata 11 января 2019 года,
ниже указана дата, когда материал был опубликован на сайте первоисточника!
В столице Турции в настоящее время проходит несанкционированный марш против насилия над женщинами, передает канал "Россия 24" .
Вести.Ru
08.03.2020 Спасатели выловили сиамскую кошку из Москвы-реки с помощью сачка, сообщили в пресс-службе столичного главка чрезвычайного ведомства.
Вести.Ru
08.03.2020 В России отмечают Международный женский день. По всей стране в адрес женщин звучат только самые теплые и искренние слова.
Вести.Ru
08.03.2020

Фото: РИА Новости/Алексей Филиппов Российский фигурист Руслан Жиганшин прокомментировал информацию о своем исчезновении в Москве.
M24.Ru
08.03.2020 Фото: Москва 24/Юлия Иванко В воскресенье, 8 марта, Московский зоопарк посетило более 900 человек в одежде с леопардовым принтом.
M24.Ru
08.03.2020

# 6 (15) июнь 2003

РАЗВЕДЧИКИ

ДЖОННИ УОКЕР И ЕГО СЕМЕЙНЫЙ ПОДРЯД

Семнадцать лет американский офицер верой и правдой служил советской разведке

В октябре 1967 года в открытые для выезда машины ворота посольства СССР в Вашингтоне на Шестнадцатой улице неожиданно протиснулся невысокий человек. Волнуясь, он потребовал срочной встречи с руководителем службы безопасности. Тогда еще никто и подумать не мог о том, что в этот день КГБ одержит самую громкую свою победу, а Джон Уокер начнет семнадцатилетнюю карьеру самого эффективного агента советской разведки в США.

ЖЕРТВА ТРУДНОГО ДЕТСТВА
У Джона Уокера была нелегкая жизнь. Его отец когда-то работал на знаменитой студии «Уорнер Бразерс», получал хорошие деньги. Но в 1944 году он попал в тяжелую аварию и был вынужден оплачивать колоссальные счета за лечение, а также возмещать ущерб, нанесенный другому человеку. Уокер-старший лишился прежней работы и вверг свою семью в крайнюю нищету. В результате запил горькую и стал кидаться с кулаками на жену и детей. Дошло до того, что десятилетний Джонни хладнокровно планировал убить отца, но, к счастью, так и не сумел осуществить свой замысел.
Надо сказать, учеба в школе Уокера-младшего не особенно вдохновляла. Мечтая хорошо заработать, чтобы вырваться из захолустного городка Скрэнтон, он то продавал местную газету, то торговал билетами в театр. Одно время Джонни работал даже диск-жокеем ночной программы на городском радио. А потом начал просто воровать в магазинах. В конце концов при попытке большого ограбления он попался в руки полиции. Суд приговорил его к тюрьме, но дал отсрочку исполнения приговора. Воспользовавшись этим, Джонни, желая «откосить» от тюрьмы, в 1955 году записался добровольцем в ВМФ США.
Нескладного юношу в очках определили в школу радистов для подводного флота. Джонни успешно ее закончил, но из-за слабого зрения его отправили служить не на субмарину, а на старый-престарый эсминец. Он почувствовал себя настоящим моряком, в 1957 году женился на Барбаре Кроули , и уже к 1960 году в их семье было три дочери. Службу Уокер нес исправно, был на хорошем счету у начальства и стал младшим офицером. Сначала он служил на авианосце «Форрестол», а потом на базе подводных лодок в Южной Каролине. За три года его пять раз повышали по службе, но на нужды быстро растущей семьи жалованья младшего офицера уже не хватало.
В 1960 году ВМС США снизили требования к зрению для моряков, и Джону повезло: его направили на шестнадцать недель в школу подводников, а вскоре он начал плавать на одной из самых новых в тот период субмарин. Жизнь Уокеров потихоньку налаживалась. Они арендовали дом в Калифорнии, купили телевизор, начали ходить в рестораны и кино. Но уже тогда в семье наметился разлад. Барбара оказалась страшно ленивой, сутки напролет просиживала нечесаной у телевизора, запуская и дом, и себя. Все чаще она напивалась. В 1962 году у них родился сын. Назло Джону, давно мечтавшему о Джоне Уокере-младшем, мать назвала ребенка Майклом.

«Да за такую бумагу русские отвалили бы кучу денег!» – просматривая очередной совершенно секретный документ, шутили офицеры. И тогда Джон Уокер решил предложить свои услуги русской разведке

А тем временем Джону раскрывались все новые и новые военные тайны. В 1964 году радиооператор ядерной подводной лодки «Эндрю Джексон», имеющий безупречный послужной список и семь повышений за девять лет, по-лучил доступ к совершенно секретным и шифрованным документам. А в 1965 году стал командиром радиорубки на ядерной подводной лодке «Симон Боли-вар».
«Да за такую бумагу русские отвалили бы кучу денег!» – просматривая очередной секретный документ, шутили офицеры, надувая щеки от осознания собственной значимости. Так же шутили и служащие Центра связи ВМС США в Атлантике (Норфолк), где с апреля 1967 года Уокер числился дежурным офицером. И тогда Джон решил предложить свои услуги русской разведке.

СУПЕРКРОТ
И вот в октябре 1967 года Джон Уокер приехал в Вашингтон, по теле-фонному справочнику отыскал адрес посольства СССР и, практически не прячась, пришел туда и прямо заявил, что хочет продать ценную военную информацию. Для подтверждения серьезности своих намерений он продемонстрировал заранее скопированную таблицу ключей на месяц к шифровальной машине, широко используемой ВМФ США. На документе стоял гриф «Совершенно секретно. Особая категория».
От подобного предложения у любого разведчика закружилась бы голова: шутка ли – получить возможность читать самые секретные послания врага! Советский агент, принявший Уокера, оказался профессионалом высокого класса. Убедившись в адекватности неожиданного посетителя и особой ценности принесенных документов, он решительно перехватил инициативу у моряка. Уокер рассчитывал продавать материалы анонимно и на своих условиях. Но у него сразу потребовали военное удостоверение личности, выяснили подробности жизни и службы, оговорили детали следующей встречи, дали тысячу долларов (это были большие деньги!) и взяли расписку. Все проделали очень быстро, поскольку Уокер спешил вернуться к месту службы, чтобы не вызвать подозрений. Из посольства к подготовленной машине Джона вывели, предварительно надев на него пальто и широкополую шляпу, уже не через главный вход. Прикрывали его со всех сторон высокорослые сотрудники посольства. Машину новому агенту разрешили покинуть, только когда сопровождающие убедились, что нет слежки.

В1985 году эксперты оценили, что в результате работы Джона Уокера и его группы советским специалистам удалось расшифровать более миллиона (!) американских сообщений

Так началась работа Джона Уокера на советскую разведку. Платили агенту четыре тысячи долларов в месяц (служба в ВМФ США приносила ему 725 долларов). Но информация стоила того. В первые полгода сотрудничества с КГБ Уокер передал схемы шифровальных машин и ключи к шифрам. Обладая ими, КГБ без проблем читал все сообщения не только ВМФ США, но и ВВС, Корпуса морской пехоты, Госдепартамента и даже ЦРУ и ФБР: техникато везде применялась одинаковая. Забегая вперед, скажем, что в 1985 году эксперты оценили, что в результате работы Джона Уокера и его группы советским специалистам удалось расшифровать более миллиона американских сообщений. На протяжении семнадцати лет наши криптологи могли не только читать зашифро-ванные документы США, но и изучать основные направления развития шифровального дела в Америке. Почти все усилия Агентства национальной безопасно-сти США и огромные средства, затраченные на совершенствование шифров и оборудования, оказались напрасными, поскольку все стало известно советским спецслужбам.
Берегли Уокера как зеницу ока, связь держали через тайники. Джон раскрыл нашей разведке расположение подводных микрофонов, установленных вдоль берегов СССР, а также в районах Алеутских островов и Исландии для слежения за советскими кораблями и подводными лодками. Он копировал все секретные документы, проходившие через штаб командующего подводным флотом США.

В своем рвении Уокер даже предложил КГБ организовать за миллион долларов задержку приказа на запуск ядерных ракет в сторону СССР

В обязанности дежурного офицера связи в Норфолке входила расшиф-ровка и передача приказов Вашингтона на запуск ядерных ракет. При проведении учений никто из офицеров ВМФ до последнего момента не знал, какой предстоит пуск, учебный или боевой. В своем рвении Уокер даже предложил КГБ организовать за миллион долларов задержку приказа на запуск ядерных ракет. «Ни одна подводная лодка Атлантического флота не выпустит ни одной ракеты против СССР», – уверял он. Но поскольку СССР не собирался ни воевать, ни терять столь ценного агента, предложение Уокера не встретило одобрения.
Наряду с инструкциями по «технике безопасности» и заданиями он получил от КГБ фотокамеру «Минокс» для фотографирования документов. Лучше всего спрятано то, что лежит на виду. Папку с копиями, предназначенными для передачи КГБ, он хранил в картотеке. «Если кто-нибудь случайно натолкнулся бы на нее, то решил бы, что она лежит на своем месте». Отснятый материал Уокер выносил в футляре вместе с обычным фотоаппаратом и пленками. Никому и в голову не приходило их проверить.
В 1971 году Джон был назначен на вспомогательное судно «Ниагара-Фоллс» у берегов Вьетнама. На корабле он отвечал (не поверите!) «за сохранность секретных материалов, за все кодовые ключи и шифровальные машины». Даже капитан «Ниагары» не имел такого неограниченного доступа к секретным материалам. Там же Джон сфотографировал шифровальные таблицы, которыми пользовались во Вьетнаме американские войска. Вот как Теодор Шекли , резидент ЦРУ в Сайгоне с 1968-го по 1973 год, описывал тогдашнюю ситуацию: «Вьетнамцы обычно заранее знали о рейдах Б-52. Даже когда из-за плохой погоды самолеты уходили на запасные цели, вьетнамцам было уже известно, по каким целям будет нанесен удар. Это сокращало эффективность ударов, поскольку враг успевал к ним подготовиться. Мы так и не смогли понять, в чем дело».

«Абсолютно лоялен, очень гордится собой и своей службой во флоте, яростно отстаивает его принципы и традиции». Из характеристики Джона Уокера, данной ему командованием корабля «Ниагара-Фоллс»

А официальная характеристика на виновника всех этих событий, написанная руководством корабля «Ниагара-Фоллс», сообщала: «Абсолютно лоялен, очень гордится собой и своей службой во флоте, яростно отстаивает его принципы и традиции». За все семнадцать лет сотрудничества Джона Уокера с советской разведкой он ни разу не попал под подозрение ФБР и прошел все спецпроверки.

СЛАБОЕ ЗВЕНО
Однако семья Уокера терпела крушение. На первую тысячу долларов, полученную от КГБ, Джон приобрел бар. Доходов заведение не приносило, но служило отличным объяснением того, откуда в семье появились деньги на новый большой дом, шикарную машину, увлечение яхтами. На какое-то время Джон даже смог организовать семейный быт: жена встречала его с работы у порога ухоженного дома, подавала ему газету и коктейль. Но идиллия была недолгой. Барбара продолжала спиваться.
Возникли и другие проблемы. В 1971 году Джон, вернувшись из вьетнамских командировок, угодил на штабную работу, что означало потерю доступа к большинству секретных материалов. Кроме того, в 1976 году пришлось развес-тись с полностью деградировавшей женой. Барбара давно знала, чем занимается ее муж. В самом начале шпионской карьеры Уокера она забирала материалы из тайников. Все чаще, напиваясь до положения риз, Барбара грозила мужу звонком в ФБР. После развода у Джона не было другого выхода, как уволиться из ВМФ. Он намекал своим кураторам из КГБ, что проблему с бывшей женой надо бы решить радикально, заставив эту женщину замолчать навсегда. Но русские покровители осторожно отмалчивались...

СЕМЕЙСТВЕННОСТЬ
До разоблачения было еще далеко. Перед увольнением из ВМФ Уокер подготовил себе замену: предложил КГБ привлечь к работе своего бывшего подчиненного Джерри Уитворта , специалиста ВМФ США в области спутниковой связи. Тот не отличался твердостью характера, но уважал Джона и постоянно нуждался в деньгах. Тогда Пентагон только разворачивал систему спутниковой связи. Для КГБ новый агент оказался очень кстати. Контр-адмирал Уильям Студеман впоследствии констатировал, что «злоупотребление со стороны Джерри Уитворта поставило под угрозу основу всей национальной безопасности США».
Уже в 1975 году Уокер убедил приятеля в «полной безопасности» работы по сбору секретных материалов «для Израиля» и передал ему первые деньги и фотоаппарат. А в марте 1976 года Уитворт, ставший по иронии судьбы тоже «хранителем секретных материалов» (на базе ВМФ США в Диего-Гарсиа), привез Джону ключи к трем шифровальным системам и сотни копий секретных документов. В том же 1976-м Уитворт получил назначение сначала на авианосец «Констелейшн», а затем на «Энтерпрайз». До своего увольнения из ВМФ США в 1983 году Уитворт через Уокера передавал КГБ все секреты, которые мог узнать.
А Джон между тем ставил шпионское дело на семейный подряд. Его старший брат Артур Уокер устроился на работу в одну из судоремонтных фирм, которая выполняла заказы ВМФ США, и по должности чинил электронную аппаратуру боевых кораблей. В 1980 году Джон постепенно убедил брата приносить материалы, представлявшие некую ценность. Так КГБ достались чертежи десантных кораблей-амфибий, сведения об одном из самых важных кораблей Тихоокеанского флота США «Блю Ридж», на котором размещался штаб командующего флотом, и многие другие материалы.

Сын Джона Уокера Майкл, получив назначение на авиа-носец «Нимиц», всего за год буквально выпотрошил корабль. Он передал в КГБ более полутора тысяч особо секретных документов

К 1983 году дорос до службы в ВМФ и сын шпиона Майкл Уокер . После учебного лагеря он получил назначение на авианосец «Америка». Майкл давно узнал от спившейся мамы о связи отца с русской разведкой. Уверовавший в полную безопасность, отец объяснил сыну задачи и принципы шпионской работы. Майкл оказался проворным. Первые документы принес уже через пару недель и был страшно доволен, когда отец вручил ему несколько тысяч долларов. А после перехода в оперативный отдел авианосца «Нимиц» перед Уокером-младшим открылись такие возможности, о которых агенту трудно даже и мечтать.
В отдел поступали все секретные документы, Майкл принимал их и передавал офицерам отдела. Там же хранились и отработанные документы, приготовленные для сожжения. Майкл решил, что он сможет «выпотрошить этот корабль». Ему удалось сделать это всего за год. Большую коробку с материалами, предназначенными для КГБ, Майкл хранил в закутке под своей койкой. Он передал через отца в КГБ огромное количество совершенно секретных документов, инструкций и схем. Некоторые из них определяли порядок и принципы применения ВМФ США ядерного оружия, содержали характеристики и тактико-технические данные вооружений, перечень целей для надводных кораблей и подводных лодок, способы маскировки и многое другое. Всего более полутора тысяч документов с грифом «Совершенно секретно».
ФБР арестовало Джона Уокера лишь в 1985 году. И это не было итогом кропотливой работы детективов агентства. Интересно перечислить то, что фэбээровцы нашли в тайнике для передачи КГБ:
– исследование технических проблем крылатой ракеты «Томагавк»;
– схемы систем ракетной защиты на линкоре «Нимиц»;
– коды запуска ядерных ракет;
– аналитические данные о возможности вывода из строя спутников-шпионов США.
В сумме – 129 документов.
Операцию по задержанию ФБР провело бездарно. В результате ошибки агентов ускользнул куратор Джона из КГБ. Да и само задержание могло состояться несколькими годами раньше. Очень долго ФБР не могло поверить озлоб-ленной Барбаре, несколько раз заявлявшей по телефону, что ее бывший муж шпионит на СССР. На Уокера «настучала» и его дочь Лаура Уокер , сообщив о том, что отец также пытался привлечь к шпионской работе и ее с мужем.
И если фэбээровцы задержали Майкла прямо на авианосце с коробкой документов под койкой, то Артуру Уокеру они практически не могли предъявить никаких обвинений. Впрочем, он сам сознался в помощи брату. Уйти от наказания было несложно и Джерри Уитворту. Пришедшие к нему агенты ФБР не имели ордера, и если бы он добровольно (!) не согласился на обыск, то у него было бы вполне достаточно времени для уничтожения основных улик.
Итак, была разоблачена целая сеть агентов советских спецслужб в США. В историю разведки их деятельность войдет как пример прекрасной операции, которая дала ключи к самому главному – секретной информации. И значение ее выходило далеко за военные рамки, поскольку это был и промышленный шпионаж высокого уровня. Добытые Уокерами данные о новейших на тот момент технических разработках США позволили нашей стране сэкономить внушительные средства. Обидно, что наши спецслужбы не смогли предотвратить провал Уокеров, обусловленный наличием слишком слабого звена – спившейся болтливой Барбары.

Сергей Озеров

Джон Уокер, о котором далее пойдет речь, не был сотрудником АНБ, а служил шифровальщиком в ВМС США. Но мы посчитали необходимым рассказать о нем, поскольку переданные им за время сотрудничества с ПГУ КГБ материалы имели исключительную ценность. Кроме того, по оценке как наших, так и американских специалистов, 17-летняя работа Уокера на советскую разведку до сих пор является беспрецедентной как по комплексному освещению всех видов шифровальной связи, так и по своей длительности.

Джон Энтони Уокер-младший родился 28 июля 1937 года в Вашингтоне. Он был вторым из трех сыновей Джона Уокера-старшего, не очень преуспевшего в жизни человека, начавшего свою карьеру чиновником министерства торговли, а закончившего продавцом в торговом центре. В юности Уокер-младший был отпетым хулиганом и в возрасте 15 лет был осужден условно за попытку ограбления магазина. Неизвестно как бы сложилась судьба Джона, если бы в июле 1955 года его старший брат Артур, служивший в то время на флоте, не привел его к вербовщику и не помог поступить на службу в ВМС.

После окончания учебы Уокер служил сначала на эсминце «Джонни Хатчинс», потом на авианосце «Форрестол», а затем на плавучей базе подводных лодок «Хоуард У. Джилмор». В это же время он женился на Барбаре Кроули, и вскоре у них родилось четверо детей – три дочери (Маргарет, Синтия, Лаура) и сын Майкл. Несмотря на то что Уокер быстро получал очередные повышения по службе, он не собирался прослужить 20 лет, а затем выйти на пенсию. Его мечта заключалась в том, чтобы накопить достаточно денег, вложить их в какой-нибудь бизнес и выйти в отставку. Но мечты Уокера разбивались о суровую реальность. Все зарабатываемые им деньги уходили на содержание семьи и небольшого заведения «Бамбуковый бар», приносившего одни убытки. К тому же Барбара пристрастилась к алкоголю, а также постоянно «пилила» мужа по различным поводам.

В апреле 1967 года Уокера перевели в оперативный центр штаба Атлантического флота США в Норфолке. Здесь он стал дежурным офицером в центре коммуникаций, ответственным за связь со всеми подводными лодками, курсирующими в Атлантическом океане. К тому времени он находился на грани банкротства, а семейные отношения обострились до предела. В конце 1967 года во время очередного дежурства кто-то из офицеров пошутил, что неплохо было бы продавать секреты русским, так как они заплатили бы за них кучу денег. Именно в этот момент у Уокера родилась мысль, что таким путем он мог бы не только рассчитаться с долгами, но и обеспечить себе безбедную жизнь. Первым документом, с которого он снял копию, был список месячных ключей к шифровальной машине KL-47, проходивший под грифом «Совершенно секретно – особая категория».

В один из декабрьских дней 1967 года Уокер взял такси и попросил подвезти его в Вашингтон. Таксист высадил его за квартал до советского посольства, и дальнейший путь Уокер проделал пешком. Войдя в посольство, он потребовал встречи с офицером, отвечающим за безопасность. А на вопрос вышедшего к нему сотрудника посольства: «Что вам угодно?» – Уокер ответил заранее подготовленной фразой: «Меня интересует возможность продать секретные документы правительства Соединенных Штатов Советскому Союзу. Ценную военную информацию. Я принес с собой образец».

С этими словами он достал из кармана и передал собеседнику листок с ключами к шифровальной машине KL-47. Взяв у него листок, сотрудник посольства вышел, а через несколько минут в комнату вошел другой человек, поведший с Уокером долгую беседу. На вопрос, какими причинами вызван его приход сюда – политическими или финансовыми, Уокер ответил: «Исключительно финансовыми. Мне нужны деньги». А на вопрос: «Сколько вы хотите?» – заявил: «Что-нибудь между 500-1000 долларов в неделю».

После непродолжительных колебаний собеседник Уокера вручил ему 1000 долларов и назначил следующую встречу через две недели в торговом центре города Александрия. Затем на Уокера надели длинное пальто, шляпу с широкими полями и, выведя через боковую дверь, посадили на заднее сиденье автомобиля. Машина на большой скорости покинула посольство и, по– петляв по городу, остановилась в северо-западной части Вашингтона, где Уокера высадили, забрали пальто и шляпу и оставили в одиночестве.

Человеком, завербовавшим Уокера, был резидент ПГУ КГБ в Вашингтоне Борис Соломатин. Передавая Уокеру деньги и назначая встречу, он очень рисковал, так как мог нарваться на «подставу» ФБР. Впрочем, вот как он сам рассказывает о вербовке Уокера в интервью американскому журналисту Питу Эрли:

«– Как вы убедились, что Уокер не двойной агент, подосланный вам ЦРУ или ФБР?

– Разумеется, эти службы регулярно подсылали нам «двойников». Но Уокер показал месячный ключ к шифру одной из ваших шифровальных машин. Это было крайне необычно, и я решил рискнуть по-крупному. Имейте в виду, что резидент КГБ, как и глава резидентуры ЦРУ, как правило, не беседуют напрямую с добровольцами. Но в данном случае Уокер предлагал нам шифры, а это самый важный объект разведки. И я решил лично поговорить с ним, составить собственное впечатление об этом человеке, чтобы решить, будем ли мы работать с ним в будущем. Должен сказать, что я люблю рисковать, разумеется, рисковать разумно. И уверен, без риска не может быть действительно результативной разведки.

Поэтому я плюнул на все правила и инструкции и в течение двух часов беседовал с Уокером один на один. Конечно, на первой встрече я не мог полностью убедиться, что он не двойной агент, не подослан контрразведкой, но интуиция мне подсказывала, что Уокер не «двойник». Интуиция – это, конечно, не случайная догадка, она требует накопления достаточных знаний и практического опыта, в данном случае разведывательной работы. К тому времени я уже проработал в разведке 16 лет.

Сотруднику разведки, чтобы не остаться в дураках, нужно прежде всего хорошо знать разведываемую страну, знать, что там секретно, а что нет. Следует задать себе вопрос: нанесет ли предлагаемая информация вред стране, которую представляет человек, передающий ее? Я не знал тогда и сейчас все еще не знаю ни одного примера, когда какая-нибудь контрразведка использовала в качестве двойного агента человека, имеющего доступ к шифровальному делу. Шифры и шифровальная техника слишком важны и слишком секретны, чтобы кто-нибудь стал рисковать ими, даже если используются ложные шифры».

На следующей встрече Уокер передал своему оператору несколько карточек с ключами к шифровальной машине KW-7 и технические характеристики на нее, получив за это 5000 долларов – огромную по тем временам сумму. В дальнейшем личных встреч больше не проводилось, а передача материалов и денег производилась через тайники. Вербовку Уокера в Центре считали большим успехом, и поэтому делалось все возможное для обеспечения его безопасности. Так, в резидентуре об Уокере знали всего три человека – резидент Соломатин, его заместитель по линии ПР Олег Калугин и еще одни сотрудник линии «КР» (внешняя контрразведка) резидентуры Александр Соколов, проводивший с ним тайниковые операции. Кстати, именно тот факт, что Калугин работал с Уокером, был причиной того, что он стремительно поднялся по служебной лестнице и стал в 1974 году самым молодым генералом во внешней разведке.

Однако полностью избежать утечки информации не удалось, и это в конце концов привело к провалу Уокера. Дело в том, что работники 16-го отдела ПГУ (электронный перехват и операции против шифровальных служб), которым передали на связь Уокера, снабдили его фотографиями мест, где размещались тайники, и списком необходимой информации. Все это и обнаружила в середине 1968 года в письменном столе Уокера его жена Барбара. Но узнав, что ее муж шпион, она не захотела терять только что приобретенный материальный достаток и даже дважды помогала ему закладывать тайники.

В оперативном центре, где служил Уокер, никто не догадывался о том, что он переснимает секретные материалы. Более того, в 1972 году, когда Уокер уже более 4 лет занимался шпионажем, его аттестовали следующим образом:

«Старший уорент-офицер второго класса Уокер в высшей степени лоялен, гордится собой и службой на флоте, неукоснительно придерживается принципов и традиций морской службы. Отличается обостренным чувством долга и личной порядочностью в сочетании с большим чувством юмора. Дружелюбен, умен, прекрасно уживается с другими».

И в самом деле, никто не обратил внимание, что Уокер снял дорогую квартиру в престижном районе Норфолка, купил дорогую яхту и оставляет большие суммы в кабаре и ресторанах. Нахальство Уокера доходило до того, что он при сослуживцах подключил переданный ему КГБ роторный считыватель для определения схем шифровальных машин к шифратору KL-47, объясняя свои действия тем, что машина искажает информацию и ему нужно ее обследовать. «В универмагах система безопасности намного надежнее, чем в американском военно-морском флоте», – говорил он позднее с презрением.

Летом 1971 года Уокер получил назначение на вспомогательное судно «Ниагара-Фолс», курсирующее у берегов Вьетнама. На судне он отвечал за сохранность секретных материалов, в том числе и за все кодовые ключи и шифровальные машины корабля. По словам Уокера, военно-морской флот США вручил ему «ключи от царства». Объем передаваемой в это время Уокером секретной информации был огромен. А о ее важности можно судить по словам Теодора Шекли, резидента ЦРУ в Сайгоне с 1968 по 1973 год:

«На заключительном этапе войны во Вьетнаме они (вьетнамцы – Авт.) обычно заранее знали о рейдах В-52. Даже когда из-за плохой погоды самолеты уходили на запасные цели, им было уже известно, по каким целям будет нанесен удар. Естественно, это обстоятельство сокращало эффективность ударов, поскольку они успевали к ним подготовиться. Это было совершенно необъяснимо. Мы так и не смогли понять, в чем дело».

В 1974 году Уокера перевели в штаб десантных войск в Норфолке, что заметно снизило его доступ к шифровальному оборудованию. Но к тому времени он завербовал для работы на КГБ своего ближайшего друга Джерри Альфреда Уитуорта, специалиста по спутниковой связи ВМС США, имевшего доступ ко всем новейшим шифровальным системам, благодаря чему продолжал снабжать советскую разведку сверхсекретными материалами.

Однако к 1976 году отношения Уокера с женой настолько ухудшились, что он решил развестись. Дело в том, что Барбара угрожала выдать его ФБР, и он предпочел откупиться от нее, дав ей при разводе 10 тыс. долларов наличными и обещав платить по 500 долларов ежемесячно. Развод был оформлен 22 июня 1976 года, а уже 31 июля Уокер уволился с флота, так как боялся, что не пройдет очередной кадровой проверки.

Но его увольнение не сказалось на объеме передаваемой КГБ информации, так как вскоре он завербовал своего старшего брата Артура, капитан-лейтенанта ВМС в отставке, работавшего в одной из крупных компаний, и своего сына Майкла, пошедшего по стопам отца на флот и служившего на авианосце «Нимиц». Он даже пытался завербовать свою дочь Лауру, служившую в армейском корпусе связи, но та не поддалась на его уговоры. Сам Уокер открыл детективное агентство «Конфидэншл рипортс, инк.» и компанию по удалению из помещений подслушивающих устройств «Электроник каунтер-спай, инк.», которые позволяли ему беспрепятственно отмывать деньги, получаемые за шпионаж. При этом он чрезвычайно гордился созданной им шпионской сетью, о чем можно судить по письму, которое он передал в Москву. В нем, в частности, говорилось:

«Ни один из действующих и потенциальных членов нашей организации не испытывает классических проблем, которые преследуют столь многих, занятых подобным родом деятельности. Среди нас нет наркоманов, алкоголиков или гомосексуалистов. Мы психологически уравновешенные, зрелые люди и располагаем возможностями для безопасного «отмывания» вознаграждений».

Но в 1984 году вокруг Уокера неожиданно начала сжиматься петля. 11 мая в отдел жалоб отделения ФБР в Сан-Франциско пришло напечатанное на машинке анонимное письмо:

«Дорогой сэр, я уже несколько лет занимаюсь шпионажем и передал совершенно секретные кодовые книги, технические инструкции к шифровальным машинам, секретные телеграммы и т. д. До определенного момента я не знал, что эта информация уходила в Советский Союз, с тех пор меня мучит раскаяние. Цель этого письма – дать возможность ФБР вскрыть важнейшую шпионскую сеть…»

Далее аноним, выбравший себе псевдоним «Рус», предлагал обратиться к нему через полосу объявлений в газете «Лос-Анджелес таймс». Попытки ФБР установить анонима результатов не дали. А написал это письмо не кто иной, как Джерри Уитуорт, вышедший к тому времени в отставку. Но окончательно выдала Уокера его бывшая жена Барбара, которая 17 ноября 1984 года наконец набралась смелости и рассказала о деятельности Джона агентам ФБР. Ей сначала не поверили, но когда слова матери подтвердила Лаура, за Уокером была установлена слежка, а его телефон был поставлен на прослушивание.

Арестовали Уокера 20 мая 1985 года во время проведения тайниковой операции. (Кстати, арест Уокера был проведен настолько бездарно, что сотрудник вашингтонской резидентуры Алексей Ткаченко, выехавший для выемки из тайника материалов Уокера, смог беспрепятственно вернуться в посольство.) Вслед за Уокером были арестованы его брат Артур, сын Майкл и Джерри Уитуорт. Уитуорт категорически отрицал свою вину, но агенты ФБР уговорили выступить против него свидетелем Уокера, пообещав ему потребовать для него на суде всего лишь пожизненное заключение. Уокер не стал отказываться от сделки, особенно после того, как узнал о письме «Руса».

Состоявшийся в октябре 1985 года суд приговорил Уитуорта к 365 годам тюрьмы и 410 тыс. долларов штрафа. Майкл Уокер был осужден на 25 лет без права досрочного освобождения. Артур Уокер также не признал своей вины и в результате получил три пожизненных срока плюс 40 лет тюрьмы. А сам Джон Уокер, который не отрицал своей вины, был осужден на пожизненное заключение. Таково американское правосудие. К тому же эти приговоры не были окончательными. Дело в том, что в 1990 году, выступая на митинге в Краснодаре, О. Калугин заявил, что лично работал с Джоном Уокером и его помощниками. После этого заявления дело Уокеров и Уитуорта было пересмотрено и они получили дополнительные сроки заключения.

После ареста Джона Уокера американские спецслужбы провели тщательное расследование и пришли к заключению, что к 1985 году с помощью переданных им криптоматериалов в СССР было перехвачено более миллиона американских секретных сообщений. Когда же министра обороны США Каспара Уайнберга попросили оценить ущерб, нанесенный группой Уокера, он сказал:

«Русские получили доступ к информации о вооружениях и электронном оборудовании, об учебной подготовке надводных, подводных и воздушных сил, о нашей боеготовности и тактике. Мы уже наблюдаем явные признаки того, что русские в курсе всех аспектов нашей доктрины ведения боевых действий на море. И теперь нам ясно, что это напрямую связано со шпионской деятельностью Уокера».

, Вашингтон (округ Колумбия) - 28 августа , Северная Каролина) - дежурный офицер связи штаба командующего подводным флотом США в атлантическом регионе, агент внешней разведки СССР.

В 18 лет ушёл на флот, чтобы избежать наказания за магазинные кражи. Стал агентом внешней разведки СССР в 1967-68 годах. Арестован в мае 1985 года .

Привлек к сотрудничеству с советской разведкой сына, брата и близкого друга, от которых также поступали особо секретные материалы по военным проблемам .

За время работы передал множество информации, включая схемы шифраторов «KW-7» и «KW-37», а также ключи к ним. По оценке Виталия Юрченко , двойного перебежчика, разработка Уокера была самым крупным делом в истории КГБ. Именно оно помогло Олегу Калугину быстро продвинуться по служебной лестнице и стать самым молодым генералом в первом главном управлении КГБ в 1974 году.

Напишите отзыв о статье "Уокер, Джон Энтони"

Примечания

Литература

  • Анин, Б. Ю. . Наши. Профессионалы. Джонни Уокер // Радиоэлектронный шпионаж. - М . : Центрполиграф, 2000. - С. 88-97. - (Секретная папка). - 10 000 экз. - ISBN 5-227-00659-8 .

Отрывок, характеризующий Уокер, Джон Энтони

Княжна Марья неохотно, как это всегда бывает, начала рассказывать про то положение, в котором она застала князя Андрея. Но вопросы Пьера, его оживленно беспокойный взгляд, его дрожащее от волнения лицо понемногу заставили ее вдаться в подробности, которые она боялась для самой себя возобновлять в воображенье.
– Да, да, так, так… – говорил Пьер, нагнувшись вперед всем телом над княжной Марьей и жадно вслушиваясь в ее рассказ. – Да, да; так он успокоился? смягчился? Он так всеми силами души всегда искал одного; быть вполне хорошим, что он не мог бояться смерти. Недостатки, которые были в нем, – если они были, – происходили не от него. Так он смягчился? – говорил Пьер. – Какое счастье, что он свиделся с вами, – сказал он Наташе, вдруг обращаясь к ней и глядя на нее полными слез глазами.
Лицо Наташи вздрогнуло. Она нахмурилась и на мгновенье опустила глаза. С минуту она колебалась: говорить или не говорить?
– Да, это было счастье, – сказала она тихим грудным голосом, – для меня наверное это было счастье. – Она помолчала. – И он… он… он говорил, что он желал этого, в ту минуту, как я пришла к нему… – Голос Наташи оборвался. Она покраснела, сжала руки на коленах и вдруг, видимо сделав усилие над собой, подняла голову и быстро начала говорить:
– Мы ничего не знали, когда ехали из Москвы. Я не смела спросить про него. И вдруг Соня сказала мне, что он с нами. Я ничего не думала, не могла представить себе, в каком он положении; мне только надо было видеть его, быть с ним, – говорила она, дрожа и задыхаясь. И, не давая перебивать себя, она рассказала то, чего она еще никогда, никому не рассказывала: все то, что она пережила в те три недели их путешествия и жизни в Ярославль.